Меню

Теги для нашей библиотеки:

Рефераты бесплатно, доклады, курсовые работы, рефераты бесплатно, реферат, рефераты, рефераты скачать, Рефераты бесплатно, большая бибилиотека рефератов, и многое другое.


  История уголовного права России в советский период

История уголовного права России в советский период


ПЛАН


Введение.

Глава I. Общая характеристика уголовного права СССР 30-х гг.
§1.1. Развитие уголовного законодательства в отношении основ государственности.
§1.2. Развитие уголовного законодательства в отношении кулачества и иных капиталистических элементов.
§1.3. Развитие уголовного законодательства в отношении несовершеннолетних.
§ 1.4. Развитие системы наказаний

§ 1.4.1. Исправительно-трудовые учреждения

§ 1.4.2. Тюрьмы

§ 1.4.3. Применение штрафов и конфискация имущества

§ 1.4.4. Поражение прав

Глава II. Характеристика отдельных видов преступлений.
§ 2.1. Государственные преступления
§ 2.2. Хищения социалистической собственности
§ 2.3. Иные преступления против порядка управления
§ 2.4. Должностные преступления
§ 2.5. Хозяйственные преступления
§ 2.6. Преступления в области трудовых отношений
§ 2.8. Имущественные преступления
§ 2.9. Воинские преступления

Заключение.

Библиография.

Введение

К тридцатым годам в истории СССР настает новый этап развития. НЭП был отброшен и страна пошла по пути ускоренного промышленного роста и урбанизации. Полным ходом идет индустриализация и коллективизация, появляется такое явление как пятилетки, перед страной ставятся все новые и новые задачи. Естественно, что для реализации всего вышеперечисленного требовались изменения в праве, в том числе и уголовном.

Доктрина “социалистической законности”, сложившаяся в 30-е гг. и опиравшаяся на марксистско-ленинскую идеологию, исходила из нормативистского представления о праве. Первоначальные психологическая и социологическая теории права 20-х гг. были отвергнуты. Победа нормативизма, однако, не означала установления верховенства закона: сохранялись принципы целесообразности, аналогии и объективного вменения. На практике имели место многочисленные и повсеместные нарушения законности. Вместе с тем советское право носило императивный характер, требуя толкования закона в строгом соответствии с субъективными намерениями его авторов, а не свободного или буквального толкования (как в западном праве)[1].

Процессы концентрации политической власти внутри узкого круга партийных и государственных чиновников (номенклатуры) сопровождались сужением гражданских прав для основной массы населения. В сферах гражданского, трудового, колхозного и уголовного права это было особенно очевидно.

Актуальность избранной темы обуславливается той ролью, которую стало играть уголовное право в Советском Союзе в 30-40-х гг. Установление авторитарного режима в стране и централизация управления породили начавшуюся с конца 20-х гг. тенденцию к усилению уголовных репрессий с целью всемерного укрепления социалистической собственности и порядка управления. Уголовное право стало действенным средством пресечения всякого рода оппозиционной деятельности и принуждения к выполнению властных велений государства, и представляло собой наиболее эффективный инструмент проведения классовой политики и установления политико-идеологического единомыслия.

Что касается непосредственно источников уголовного права 30-х гг., то в рассматриваемый период продолжают действовать крупные общесоюзные и республиканские законы. Это, прежде всего «Основные начала уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик» и Уголовный кодекс РСФСР, принятые в двадцатых годах, а также отдельные правовые акты. Особенностью принятия актов Союзных органов, то, что данные действовали на весь СССР и принимались ЦИКом, Президиумом ЦИКа, СНК, после 1936 г. Верховным Советом и его президиумом.

Цель данной работы - провести анализ уголовного законодательства рассматриваемого периода, коснувшихся его изменений, а также выявить истинные причины и цели, повлиявшие на развитие уголовного права России 30- х гг.

Глава I. Общая характеристика уголовного права СССР 30-х гг.

Уголовное право в 30–х гг. становится инструментом политики, при помощи которого идёт перестройка социальной структуры, коллективизация и индустриализация. Это появляется в 1929 г. в общесоюзном положении о государственных и особо опасных преступлениях, конкретизация 58 статьи.

Постановление ЦИКа от 7 августа 1932 г.[2] – Об охране имущества государственных предприятий, колхозов, кооперации, укреплении общественной
“социалистической” собственности - наиболее применяем. И является ярчайшим примером несоизмеримости наказания с общественной опасностью деяния. Размер похищенного не имел значения, т.к. хищение наказывалось расстрелом с конфискацией имущества, если есть смягчающие обстоятельства - 10 лет. Это явный политический заказ Сталина, он уравнивает собственность государственную, колхозную, кооперативную, и они называются общественной
“социалистической” собственностью. Постановление мало похоже на юридический документ, носит декларативный характер, эффект в моменте устрашения. Но сильного влияния не оказало.

Уголовное право рассматриваемого периода активно вторгается в те отрасли и общественные отношения, которые должны регулироваться другими отраслями права (административными и др.). В качестве примера можно привести Постановление 1940 г., где установлена уголовная ответственность за выпуск недоброкачественной продукции, за невыполнение плана, по этому акту предусмотрена уголовная ответственность руководителей предприятий за перечисленные проступки. Регламентирована уголовная ответственность за нарушение трудовой дисциплины.

При анализе уголовного права рассматриваемого периода необходимо подчеркнуть, что основные изменения в уголовном законодательстве произошли в сфере взаимосвязи человека и государства, в сфере рабоче-крестьянских отношений и в правовом положении несовершеннолетних, а также дальнейшее развитие получила система наказаний.

Рассмотрим подробнее развитие уголовного права в этих направлениях.

§ 1.1. Развитие уголовного законодательства в отношении основ государственности.

Отдельно необходимо отметить постановление ВЦИК 1934 г. Данное постановление регулирует преступления против государства и определяет понятие «измена Родине». Этому понятию допускалось широкое толкование.
Признанные виновными карались высшей мерой наказания — расстрелом, конфискацией всего имущества, а при смягчающих обстоятельствах — лишением свободы на срок 10 лет с конфискацией имущества. Данный закон предусматривал, что если заочно приговоренному военнослужащему удавалось скрыться, то члены его семьи карались решением свободы на срок от 5 до 10 лет с конфискацией имущества. Совместно проживающие члены семьи изменника подлежали высылке с поражением прав сроком до 5 лет. Этот акт известен тем, что вводит понятие “член семьи изменника Родины” – это все совершеннолетние лица, проживавшие и не проживавшие (родственники) с этим лицом. Для них вводится уголовная ответственность за недонесение, их отправляли в спец. лагеря. В этом законе нет основного принципа уголовного закона – ответственность при наличии вины.

Положения Закона от 8 июня 1934 г. были включены в республиканские
УК (УК РСФСР ст.ст. 58а—58г).

Постановлением ЦИК СССР от 1 декабря 1934 г., приуроченным ко дню убийства С.М. Кирова устанавливался особый порядок рассмотрения дел о террактах и террористических организациях. Слабые процессуальные гарантии были свернуты. Срок следствия ограничивался 10 днями, обвинительное заключение выдавалось (если выдавалось вообще) за сутки. Процесс проходил без участия сторон. Приговор обжалованию не подлежал, а приговор к высшей мере наказания приводился в исполнение немедленно. Обвинения в подготовке террактов и участии в террористических организациях были частыми и излюбленными в ходе сталинских репрессий.

В ноябре 1929 г. ЦИК СССР принял Постановление об объявлении вне закона советских граждан оставшихся за рубежом. Объявление вне закона влекло за собой расстрел в течении 24 часов с момента установления личности и конфискацию имущества[3]. Этот закон имел обратную силу.

§ 1.2. Развитие уголовного законодательства в отношении кулачества и иных капиталистических элементов.

В 30-е годы завершается, так называемый в советской историографии, период борьбы за коллективизацию сельского хозяйства. Как следствие, в этот период принимается множество нормативных актов, в том числе и уголовного характера, направленных на создание условий, в которых капиталистическое кулацкое хозяйство не смогло бы «выжить», и, таким образом, ликвидации кулачества как класса.

Так изменение, внесенное в содержание ст. 25 «Основных начал» постановлением ЦИК и СНК СССР от 21 сентября 1934 г. «О взыскании не выполненных в срок единоличными хозяйствами обязательных натуральных государственных поставок и денежных платежей и о конфискации имущества», установило, что при невыполнении в срок единоличными хозяйствами обязательных натуральных государственных поставок и неуплате денежных платежей взыскание обращается на все имущество единоличных хозяйств, за исключением дома, топлива, необходимого для отопления жилых помещений, носильной зимней и летней одежды, обуви, белья и других предметов домашнего обихода, необходимых для неплательщика и его иждивенцев.[4]

Помимо единоличных кулацких хозяйств внимание также уделяется борьбе с еще одним появлением капитализма – частной торговлей, иначе говоря
– спекуляцией.

До издания закона 22 августа 1932 г. положение о спекуляции регулировалось ст. 107 Уголовного кодекса РСФСР, которая была введена в конце 1926г., когда еще допускались частный товарооборот, деятельность частных торговцев, капиталистов. По этой статье каралось только
«...злостное повышение цены на товары путем скупки, сокрытия или невыпуска таковых на рынок»[5], таким образом, существо преступления заключалось в самом факте злостного повышения цен. Правда, уже в период, когда осуществлялось ограничение эксплуататорских тенденций капиталистических элементов, ст. 107 было дано распространительное толкование, но полное изменение характера этого деликта с присвоением ему наименования спекуляции стало возможно лишь с полной победой советской торговли. «Советская торговля, — говорил товарищ Сталин, — есть торговля без капиталистов — малых и больших, торговля без спекулянтов — малых и больших». Сталин говорил далее: «Мы добились того, что за последний период вышибли совершенно из товарооборота частных торговцев, купцов, посредников всякого рода. Конечно, это не исключает того, что могут вновь появиться в товарообороте по закону атавизма частные торговцы и спекулянты, используя для этого наиболее удобное для них поле, а именно — колхозную торговлю.
Более того, сами колхозники иногда не прочь пуститься в спекуляцию, что не делает им, конечно, чести. Но против этих нездоровых явлений у нас имеется недавно изданный закон Советской власти о мерах пресечения спекуляции и наказании спекулянтов. Вы знаете, конечно, что закон этот не страдает особой мягкостью. Вы поймете, конечно, что такого закона не было и не могло быть в условиях первой стадии нэпа»[6].

В условиях полной победы советской торговли понятие спекуляции как уголовного преступления стало другим, гораздо более широким. Ст. 107 УК
РСФСР в редакции ее, основанной на законе 22 августа 1932 г. признает спекуляцией скупку и перепродажу в целях наживы продуктов сельского хозяйства и предметов массового потребления. Таким образом, наказуемой стала сама торговля, как таковая, «производимая с целью нажиться за счет рабочих, крестьян и советской интеллигенции».[7]

В целях борьбы с кулацкой агитацией (кулачество вело агитацию за убой скота перед вступлением в колхозы, убеждая крестьян в том, что в колхозе скот «все равно отберут») общесоюзными законами 16 января 1930 г. и
1 ноября 1930 г. была установлена кара в виде лишения свободы на срок до 2 лет и выселения из данной местности или без выселения для кулаков и частных скупщиков: а) производящих хищнический убой скота; б) подстрекающих к этому деянию других лиц.[8]

Однако следует заметить, что закон, проводя четкую дифференциацию ответственности, исключал уголовную ответственность середняков и бедняков за убой скота, устанавливая для них только административную ответственность. Это говорит о том, что истинным назначением данного закона было содействие уничтожению кулачества как класса.

Против кулацкого сопротивления мероприятиям партии и Советского государства по осуществлению коллективизации сельского хозяйства направлены частью упоминавшиеся уже законы, признававшие уголовно наказуемыми ряд деяний:

1) Хищнический убой скота кулаками и частными скупщиками. Это преступление законом 16 января 1930г. квалифицировано как один из способов вредительства со стороны кулаков, которые этим подрывают коллективизацию и препятствуют подъему сельского хозяйства.

2) Незаконный убой лошадей, совершенный кулаками или частными скупщиками, а также подстрекательство со стороны этих лиц к убою лошадей. (Постановление ЦИК и СНК СССР 7 декабря 1931 г. «О запрещении убоя лошадей и об ответственности за незаконный убой и хищническую эксплуатацию лошади»).

3) Неплатеж налогов и сборов по страхованию кулаками или лицами, облагаемыми по расписанию № 3 (т. е. капиталистическими элементами), совершенный в первый раз, и без других отягчающих обстоятельств
(постановление ВЦИК и СНК РСФСР 30 марта 1930 г.).

В отношении же трудящихся такой неплатеж налогов влек лишь взыскание в размере платежей.

4) Невыполнение повинностей, общегосударственных заданий и работ кулаками, совершенное хотя бы в первый раз, без других отягчающих обстоятельств (постановление ВЦИК и СНК РСФСР 15 февраля 1931 г. об изменении ст. 61 УК РСФСР).[9]

Против кулацких и капиталистических элементов вообще, а также деклассированных был направлен также закон 10 января 1930 г. «О высылке и ссылке, применяемым по судебным приговорам». Этим законом, в частности, установлено, что «...при определении в отдельных случаях сроков высылки и ссылки в пределах, установленных настоящим постановлением, суд руководствуется исключительно оценкой социальной опасности осужденного и не связан сроками лишения свободы, установленными в соответствующих статьях
УК» (ст. 9 УК РСФСР редакции 1926г.).

§ 1.3. Развитие уголовного законодательства в отношении несовершеннолетних.

До середины десятилетия в общесоюзном уголовном законодательстве мало, что меняется в отношении несовершеннолетних. Однако уже в 1935 году, в целях быстрейшей ликвидации преступности среди несовершеннолетних, принимается закон от 7 апреля. По этому закону несовершеннолетние, начиная с 12-летнего возраста, уличенные в совершении краж, в причинении насилия, телесных повреждений, увечий, в убийствах или в попытках к убийству, привлекаются к уголовному суду с применением всех мер уголовного наказания, в том числе и расстрелу. Однако свидетельств применения высшей меры к двенадцатилетним подросткам нет. В данном случае возникла коллизия с общей нормой о расстреле, по которой эта мера уголовного наказания могла применяться к правонарушителям, достигшим 14 лет. Позже этот спор был разрешен на Циркуляре прокуратуры СССР подтверждением о неприменении смертной казни к несовершеннолетним.

Вместе с тем закон установил суровое наказание в виде тюремного заключения на срок не ниже 5 лет для тех, кто осмелится толкать несовершеннолетних на путь преступления или понуждать их к занятию спекуляцией, проституцией, нищенством и т. п.[10]

Закон 7 апреля 1935 г. отменил ст. 8 «Основных начал уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик» (Далее «Основные начала»), согласно которой меры наказания к несовершеннолетним подлежали применению лишь в случаях, когда соответственными органами будет признано невозможным применение к ним мер медико-педагогического характера. По ст. 8 «Основных начал», определение возраста, по достижении которого наступала уголовная ответственность для несовершеннолетних, определение случаев обязательного применения к ним мер наказания в случае совершения преступления, а также определение пределов смягчения для них мер наказания предоставлялось законодательству союзных республик, причем в этом вопросе нормы уголовных кодексов союзных республик существенно различались между собой.[11] Так, в частности, ст. 50
Уголовного кодекса РСФСР, сохранявшая силу до издания закона 7 апреля
1935 г., устанавливала, что в отношении несовершеннолетних в возрасте от 16—18 лет срочные меры наказания обязательно снижаются судом на одну треть и при этом не должны превышать половины высшего предела санкции, предусмотренной той статьей Уголовного кодекса, по которой квалифицируется преступление обвиняемого. В ряде других союзных республик был установлен иной, чем в РСФСР, низший возраст для возможности привлечения к уголовной ответственности и иные пределы снижения наказания.

Страницы: 1, 2, 3


Рекомендуем

Опрос

Какой формат работ для вас удобней?

doc
pdf
djvu
fb2
chm
txt
другой


Результаты опроса
Все опросы