Меню

Теги для нашей библиотеки:

Рефераты бесплатно, доклады, курсовые работы, рефераты бесплатно, реферат, рефераты, рефераты скачать, Рефераты бесплатно, большая бибилиотека рефератов, и многое другое.


  История английского языка по книге Bill Bryson The Mother Tongue

История английского языка по книге Bill Bryson The Mother Tongue

министерство общего и профессионального образования российской федерации

БИРОБИДЖАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИчЕСКИЙ ИНСТИТУТ

реферат

по книге «Mother language: english & how it got that way»

Выполнила:

соискатель

специальность

Педагогика

Толстогузова Е.В.

Биробиджан

2000

Реферат по книге Bill Bryson “The Mother Tongue: English & How It Got That

Way” («Родная речь: Английский язык – что он собой представляет»).

Название и цель книги 2

Структура книги и метод реферирования 3

Реферативные обзоры глав 4

Международный язык 4

Рассветный час языка 6

Положение языков в современном мире 7

Первое тысячелетие 8

Откуда берутся слова 11

Произношение 15

Виды английского языка 16

Орфография 17

9 – 16 главы книги «Mother Tongue» 19

Название и цель книги

Книга Билла Брисона «Родная речь: Английский язык – что он собой

представляет» – научно-популярное издание, цель которого – ознакомить

читателя с наиболее существенными аспектами истории и современного

бытования английского языка. Автор в доступной форме вводит читателя в круг

таких сложных проблем, как межъязыковые барьеры и взаимодействия,

возникновение и развитие мировых языков, становление английского языка как

языка международного общения, взаимоотношение различных вариантов

английского языка и т.п. Название книги воспроизводит распространенное во

многих языках выражение «родная речь» – как знак того, что книга обращена в

первую очередь к носителям языка и является попыткой расшевелить их

языковое самоощущение, придать ему свежесть и историческую осознанность.

Сам автор формулирует цель книги как ответ на внешне простой вопрос: почему

мы говорим/пишем так, а не иначе (20)? Ответы на этот вопрос в большинстве

случаев оказываются совсем не простыми, они в свою очередь запрашивают

серьезные исторические экскурсы и лингвистические штудии. К сожалению,

далеко не всегда автору удается оставаться на высоте сформулированной им

самим задачи, и задачи реферирования в этом случае не могут исключать

критических оценок – там, где они напрашиваются.

Структура книги и метод реферирования

Книга состоит из 16 глав, каждая из которых посвящена тому или иному

аспекту темы. Просматриваются два сквозных принципа, заставивших автора

расположить главы в определенном порядке, – вначале историческом

(становление английского от эпохи общечеловеческого языкового «рассвета» до

эпохи его преобладания в мире, гл. 2–4), затем в традиционном для

лингвистических описаний режиме: произношение, написание, лексика,

идиоматика и т.п. (см. гл. 6, 8, 13–15). Завершается книга довольно

дискуссионным (как, впрочем, любая футурология) вопросом: будущее

английского языка (гл. 16). В соответствии с такой структурой мы выбрали

метод реферирования по основным главам, что позволяет дать представление о

логике авторских рассуждений. (Некоторые из названий глав переведены в

соответствии с содержанием соответствующей главы, так как собственные их

названия представляют собой размытую публицистическую метафору – например,

«Global Language».) В силу ограничений, накладываемых на объем реферата,

обзор последних девяти глав сведен в дайджест.

Мы не ставили своей целью подстрочный перевод каких-либо ключевых мест

первоисточника (хотя в отдельных случаях такой пофразовый перевод

оказывался необходимым, и эти случаи отдельно оговариваются); основной

принцип реферирования, использованный нами, – свободное изложение авторской

концепции с акцентом на наиболее любопытных, с нашей точки зрения,

моментах. Ссылки на соответствующие места в книге приводятся

непосредственно в тексте реферата в скобках с указанием страницы.

Реферативные обзоры глав

Международный язык

В этой главе автор констатирует тот неоспоримый факт, что английский

язык в наши дни является общепризнанным языком международного общения. Он

используется на 157 национальных авиалиниях (из 168 существующих в мире),

на нем говорят и пишут сотни миллионов людей разных национальностей

(например, только в Индии на английском выходят до 3 тысяч газет). Это язык

современного бизнеса, науки, делопроизводства, информационных технологий.

Билл Брисон не пытается углубляться в причины такого положения вещей, – он

лишь указывает на фактическую сторону дела. Забавный эпизод: когда в 1977

году компании Франции, Италии, Германии и Швейцарии образовали совместное

предприятие (“Iveco”), то языком делопроизводства был выбран английский,

причем один из основателей аргументировал это решение следующим образом:

«Этот язык поставит всех нас в одинаково невыгодное положение» (12). Даже

во Франции, где традиционно не приветствуется общение граждан на каком-либо

ином языке, кроме французского, война против вторжения английского была, в

сущности, проиграна. Доказательством этому может служить решение, принятое

в 1989 году всемирно известным институтом Пастера: публиковать свое

знаменитое медицинское обозрение на английском, так как только немногие

могли читать его на французском (13).

В силу такого своего положения в мире английский язык стал, по

выражению автора, чем-то вроде громадного предприятия (13). «Английский –

точно такой же большой бизнес, как экспорт промышленных товаров» (профессор

Рандольф Квирк, Оксфорд; там же). Одна из возможных причин распространения

английского, – причин, о которых, во всяком случае, часто говорят, –

богатство словаря (около 600.000 слов, по данным Оксфордского словаря, не

считая специальной технической лексики) и большой процент интернациональных

понятий (до 200.000 слов). Автор полагает, что сюда следует присовокупить

богатство синонимических рядов, которое позволяет носителям английского

различать оттенки значений, якобы недоступные носителям других языков (13).

Так, он отмечает, что в русском языке будто бы нет эквивалента английскому

have fun (14) – «веселиться», «развлекаться». Несмотря на

продемонстрированную в ряде случаев очевидную слабость аргументации (вроде

только что указанной), Билл Брисон пытается все же следовать и объективным

лингвистическим данным, сплошь и рядом смешивая эти данные с собственными

весьма произвольными суждениями. Например, он указывает на отсутствие рода

в английском языке как на своего рода удачу («English is mercifully free of

gender» – 18), что понятно для нерадивого ученика, но по меньшей степени

странно для публициста, претендующего на взвешенность и даже некоторую

научность оценок.

Видимо, ощущая этот перекос в оценках и желая отмежеваться от крайне

англоцентристских точек зрения, Брисон цитирует удивительное по

напыщенности высказывание профессора Роберта Барчфилда («Как источник

интеллектуальной силы и занимательности английская проза не знает себе

равных в мире») и здесь же замечает: интересно, сделал ли бы уважаемый

профессор столь «великодушное» заявление, если бы его угораздило родиться в

России, Германии или Китае (18). Вопрос закономерный и, кстати, вполне

могущий быть поставленным в отношении самого автора, когда он, к примеру,

вопреки простой очевидности утверждает, что к числу пусть «спорных», но все

же преимуществ английского относится «относительная простота орфографии и

произношения» (сравнения почему-то подобраны из сферы таких экзотических

языков, как гаэльский или языки швейцарских кантонов) (16). Вообще,

рассыпанные там и сям в этой главе и в других замечания автора об

«относительных» преимуществах английского заставляют отнестись к его

начальному дипломатичному утверждению – «Не существует способа для

измерения качества или эффективности какого-либо из языков» (там же) – как

к обычному либеральному словоупотреблению, которое прикрывает столь же

обычные, но уже вовсе не либеральные предпочтения.

Завершается первая глава «вечным» (enduring) вопросом: откуда же, в

самом деле, берется язык как таковой (20)?

Рассветный час языка

Во второй главе автор обозревает несколько расхожих концепций,

связанных с проблемой возникновения языка. В частности, он упоминает теорию

врожденных языковых навыков (25–30), теорию протоиндоевропейского языка

(24–25) и т.п. Немалую часть этой главы занимает сравнение гипотетического

языка неандертальцев и языка homo sapiens (22–23). Для широкого читателя,

безусловно, могут быть интересны сведения о сходстве числительных в

большинстве современных языков, о сходстве пиджин и креольских языков с

детской речью и т.п. Затем дается картина распада некогда единого

индоевропейского языка на ряд языковых групп: кельтскую, германскую,

греческую, индо-иранскую, славянскую и проч. Далее автор знакомит читателя

с классификацией германских и романских языков, уделяя особое внимание

истории латыни, пережившей в Средние века ряд метаморфоз (33–34). Падение

флективного строя в вульгарной латыни, по мысли Брисона, идентично тем

процессам, которые позже произошли в английском языке (34).

Положение языков в современном мире

Брисон открывает главу афоризмом: «У всех языков одна цель –

коммуникация, и, однако, они достигают этой цели самыми разными способами»

(35). На примере ряда языковых меньшинств (гаэльского и других европейских

диалектов) он приходит к выводу, во-первых, о не поддающейся рациональному

объяснению судьбе реликтовых языков («Все свидетельствует о том, что

обособленные диалекты увядают и расцветают в непредсказуемые сроки» – 44)

и, во-вторых, о ясно обозначившейся тенденции к глобализации нескольких

языков, в современном мире – прежде всего английского. Политика языковой

дискриминации (например, по отношению к уэлльскому диалекту) сменилась в

современных условиях политикой культурного патронажа, но перемена отношения

не остановила деградацию и умирание целой группы европейских «малых» языков

(minority languages). «Мы можем горько сожалеть об упадке этих языков, –

пишет автор, – но это не трагедия в точном смысле слова» (45). Чтобы

утвердить нас в этой мысли, он указывает на тот факт, что многие виднейшие

мастера английской литературы (Джойс, Свифт, Шоу и др.) были ирландцами по

происхождению: если бы они писали на своем родном языке, то были бы теперь

столь же мало известны, как исландские и норвежские авторы (!).

Создается впечатление, что Брисон и в этой главе не смог удержаться от

более или менее проявленных сравнений в пользу английского языка. Так, он

утверждает, что так называемые «литературные языки» есть не что иное, как

вчерашние диалекты, на которых говорит в лучшем случае половина населения

страны (пример Италии, где литературный язык образовался на основе

флорентийского и тосканского диалектов и где на нем говорят далеко не все

итальянцы). Из примеров явствует, что среди «больших» языков английский

находится в наилучшем положении, так как он легко выдерживает конкуренцию

со слабыми и почти умершими диалектами (вроде корнуэльского или того же

уэлльского). Причем статистика в отношении других языков в ряде случаев

представляется тенденциозно подобранной или даже фальсифицированной:

Брисон, к примеру, пишет, что в бывшем Советском Союзе, где бытовало до 149

языков, почти половина сельского населения страны говорила на иных, нежели

русский, языках, а четверть населения не говорила по-русски вовсе (источник

данных, как водится, не указан) (39).

Первое тысячелетие

В четвертой главе автор переходит к истории собственно английского

языка, а именно к истории первого тысячелетия его существования и развития:

от саксонской колонизации Британских островов (5 в.) до эпохи Шекспира

(рубеж 16–17 вв.). Являвшийся на ранней поре своего исторического бытия

одним из многочисленных западногерманских диалектов (в северо-западном углу

нынешней Европы, область Angeln, до сих пор можно услышать речь, которая,

по мнению исследователей, близка первоначальному типу протоанглийского

диалекта – 46), английский пережил несколько сильнейших видоизменений,

причем самые ранние из них вряд ли объяснимы: «Никто, разумеется. не может

объяснить, почему английский стал обособленным языком, столь разительно

отличающимся от германских диалектов материковой Европы» (50). Ряд влияний

со стороны скандинавов (викинги) и датчан, контролировавших острова в эпоху

раннего Средневековья, обусловил целый ряд лексических и грамматических

особенностей английского. Так, местоимения they, them, their являются

скандинавскими по происхождению (53).

Особое внимание Брисон уделяет эпохе норманнского вторжения (1066 г.),

так как именно она спровоцировала самое решительное видоизменение языка

(речь идет прежде всего о языке благородных сословий) практически во всех

сферах. «В ближайшие 300 лет, – замечает автор, – ни один из английских

королей не говорил по-английски» (54). Интересно, что норманны не были

носителями парижского диалекта французского языка: вполне утратив свой

собственный (германский), они говорили на разнообразных сельских наречиях,

которые были весьма далеки от литературного французского (там же). Ситуация

сословного двуязычия продолжалась вплоть до 1399 года, до вступления на

престол Генрих IV, чьим родным языком был английский. Такое долгое влияние

обусловило заимствование целого массива французских по происхождению слов

(около 10 тысяч, по сведениям автора), причем почти все эти слова имели

отношение к сфере государства и права, а также аристократического досуга,

что понятно, так как социальная практика их носителей осуществлялась именно

в этих областях. До конца 14 столетия французский оставался официальным

языком парламента, еще дольше – языком судопроизводства (57).

Справедливости ради нужно сказать, что французы не понимали тот

французский, на котором говорили в Лондоне (Чосер в «Кентерберийских

рассказах» ехидно замечает, что некая дама-пилигрим говорила на

французском, который был непонятен жителям Парижа, равно как ей был

неизвестен язык парижан): состоятельные англичане посылали своих детей во

Францию учить подлинный французский.

Англия в конце концов вернулась к своему языку (психологически и

практически этот процесс завершается к рубежу 15–16 вв.), но это,

разумеется, уже не был Old English донорманнских времен: старый язык был

уже вполне непонятен, скажем, тому же Чосеру, как он непонятен для

современных носителей языка. Среди других лексико-этимологических групп

Страницы: 1, 2


Рекомендуем

Опрос

Какой формат работ для вас удобней?

doc
pdf
djvu
fb2
chm
txt
другой


Результаты опроса
Все опросы